Разоблачение ему не грозило, ведь бал-маскарад тем и хорош, что каждый примеряет на себя чужую личину. Невозможно догадаться, кто есть кто. А если потребуют снять маску, то пускай – в том, чтобы примерить образ главного преступника Зоны 11, нет ничего криминального.
Разве что он подвёл ожидания Милли, надеявшуюся увидеть Зорро, а не Зеро. Но президент хорошо знала своего заместителя. Сомнительно, что ему удастся удивить её...

Читать дальше

Code Geass: Castling

Объявление

Доска почёта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass: Castling » Бал-маскарад » Подъездная аллея


Подъездная аллея

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Широкая заасфальтированная дорога, ведущая прямиком к крыльцу главного входа дворца.
По обеим сторонам дороги - вишнёвые деревья.

0

2

Янмир ВанГилмор, старший сын Фауста ВанГилмора, главы одной из крупнейших золотопромышленных компаний, совсем неэлегантно потянулся всем телом, отчаянно зевая. От особы кровей чуть ли не голубого оттенка, как-то ждёшь больше элегантности, но за тонированными стёклами автомобиля можно немного расслабиться. Весь вечер Янмир должен был расточать улыбки, комплименты и старательно не хмелеть от шампанского.
  Боже, хоть бы на этот раз оно было приличного качества. Конечно, бал был в честь принцессы, да хранит её Бог, но на прошлом балу, тоже в честь особы королевской крови, ВанГилмор через силу и из вежливости заставил себя выпить один бокал и отставить гадостный напиток в сторону. И пускай сколько угодно Мартин смеялся над своим братом, дразня его привыкшим к «дамским пузырькам и игривости напитка», Янмир не собирался изменять своим вкусовым пристрастиям. Он же не смеялся над тем, как Мартин совмещает чипсы и сгущенное молоко. Ну, на людях не упоминал об этом точно, а дома не считается.
  - Уже? – на автомате Янмир закрыл рот ладонью, вновь зевая. – Кажется, я успел вздремнуть. Если усну от скуки, уноси на руках, как леди. Вот смеху-то будет.
  - Скорее я затащу тебя под стол, расправлю скатерть и оставлю так, - пригрозил его собеседник, на что Янмир лишь насмешливо фыркнул. Затащит, как же. Прекрасно знает, какой фурией бывает леди Эдель, когда исчезает кто-то из членов семьи.
  - Не представляю, как Донни вообще отдал тебе руль. Когда мы отъезжали, я думал, он расплачется, глядя нам вослед – и отнюдь не от беспокойства за нас.
  - О, ну я умею убеждать, - собеседник отвлёкся от дороги и выразительно пошевелил бровями. Янмир прыснул от смеха.
  - Представляю, как он разрывался от желания надрать тебе уши, и вышколено поблагодарить за оказанную честь, - парень похлопал водителя по плечу, привлекая внимание. – Останови здесь. Увидимся на балу! И только попробуй уйти и на этот раз без девушки, и я лично наябедничаю родителям.
  - Взаимно!
  ВанГилмор шутливо ткнул друга кулаком в плечо, на что тот демонстративно ойкнул, и выбрался из машины. Чёрная, как грех красавица, негромко зарычав мотором, поехала на стоянку, а Янмир, на ходу закрепляя маску, направился к входу.
  Интересно, сколько миллиардов честных налогоплательщиков ушло на строительство такого дворца? Да тут одних малых залов штук пятьдесят, и больших как минимум пять! По сравнению с королевским дворцом резиденция ВанГилморов казалась низкорослой хижиной простолюдинов.
  На подходе к лестнице Янмира остановила охрана. Из-за их спин тут же появился дворецкий в маске то ли мыши, то ли крысы - парень в грызунах не разбирался - с предусмотрительно открытой книгой.
  - Имя для бала, сэр.
  - Ярый Ян, под светлые очи нашей принцессы, - как можно приветливей улыбнулся Янмир. Дворецкий неторопливо листал страницы, пока охрана сканировала новоприбывшего на предмет оружия.
  - Ваша роспись, сэр, - Дворецкий протянул ручку (тяжёлая, - отметил Янмир, - настоящее дерево и сталь), и парень, почти не глядя, поставил размашистую роспись. – Приятно провести время, сэр.
  - Взаимно, - блеснул зубами Янмир, и даже помахал на прощание с молчаливыми охранниками. У них тоже опасная работа. Идиотов, которые хотели бы покуситься на жизнь принцессы или на любую другую знаменитость, всегда хватало. Улыбки удостоились и с почтением открывшие дверь слуги.
  Так, где тут у нас развлечения высшего света?

+1

3

Костюм Зеро был тьма, обволакивающая тело, - та самая, что несла в себе хаос и разрушение. Во имя справедливости? Всё зависело от точки зрения людей, которым приходилось иметь с ним дело. Никто из них не знал его в лицо. Не мог сделать выводы о национальности, статусе или даже возрасте. Сегментная маска плотно закрывала голову, не оставляя ни малейшей лазейки для разного рода догадок.
Благоразумно ли являться на официальное мероприятие, организованное императорской семьёй в одеянии Зеро? Лелуш счёл, что благоразумно.
Разоблачение ему не грозило, ведь бал-маскарад тем и хорош, что каждый примеряет на себя чужую личину. Невозможно догадаться, кто есть кто. А если потребуют снять маску, то пускай – в том, чтобы примерить образ главного преступника Зоны 11, нет ничего криминального.
Разве что он подвёл ожидания Милли, надеявшуюся увидеть Зорро, а не Зеро. Но президент хорошо знала своего заместителя. Сомнительно, что ему удастся удивить её.
Впрочем, кто знает, вдруг на балу будет Зорро, и не один. По костюму и маске не угадаешь, с кем имеешь дело. Разве что заметная разница в комплекции и росте сыграет дурную шутку. Всякое может быть. Всё предвидеть просто невозможно.
Для конспирации он вышел из дома в своей обычной одежде, с нагруженной сумкой через плечо, переоделся в пустыннных и пустых причальных доках, а оттуда уже на такси до самого места действия.
Пришлось прибегнуть к действию Гиасса, чтобы уговорить водителя без лишних вопросов и лишнего внимания доставить его, куда нужно. Лелушу не хотелось привлекать к своей персоне внимание раньше времени.
Когда показалась подъездная аллея, заполненная транспортом и множеством нарядно одетых людей в маскарадных и просто красивых одеяниях, с масками и без, Лелуш попросил остановиться, расплатился и вылез. А дальше пошёл пешком, по мере возможности стараясь не слишком акцентироваться на взглядах, которые его провожали.
«Дитхард, ты не можешь упустить из внимания это событие. Так наслаждайся шоу».
Сестрица Корнеллия развернулась вовсю, желая продемонстрировать провинциальным лордикам и одиннадцатому плебсу всю мощь и величие британской империи. Несомненно, дотошный репортёр не упустит случая продемонстрировать своё искусство по части выуживания информации и, наверняка, скрывается под одной из масок.
Вздёрнув подбородок и расправив плечи, Лелуш двинулся вперёд, к парадному крыльцу.
Иногда в нём проскальзывало нечто, доставшееся по наследству от отца: какое-то высокомерие по отношению к людям. Вкупе с привычкой время от времени прикрывать глаза и смотреть как будто сквозь собеседника. У Наннали любую семейную черту сглаживала слепота, у Лелуша же не имелось ничего, что хоть как-то могло скрыть происхождение, если только не считать игры на публику. Но зато именно это свойство в какой-то мере делало его лидером.
- Как вас представить? – спросил напуганный уже ставшей хорошо известной маской швейцар на входе.
- Зеро, - произнёс Лелуш, сохраняя в голосе спокойствие и повелительные интонации.
Кто поймёт, играет он, или говорит всерьёз.

---› Танцевальный зал

Отредактировано Lelouch Lamperouge (2016-12-21 12:52:33)

0

4

Милли прибыла на бал не как-нибудь, а в настоящей старинной карете. Для Зоны 11 расточительство и недоступная простым смертным роскошь, но если знать у кого и как просить, то невозможное становится возможным. Желаемое при большом усердии можно было заполучить на вечер, а Милли, когда хотела, была очень убедительна.
У неё имелись мечты, бережно выпестованные с самого детства, когда каждая вторая девочка грезит о прекрасном принце на белом коне.
Она же не торопилась с принцем, но очень хотела побывать принцессой, хоть ненадолго, хоть понарошку. Корнеллия должна понять её и простить эту маленькую игру в коронованную особу, ведь ничего плохого она не задумала, а маскарад есть маскарад, чтобы на время человек мог стать тем, кем никогда не был в реальности.
Карета остановилась в самом начале подъездной аллеи. Кучер не спешил слезать с козел и распахивать дверцу, поэтому Милли сама, подхватив юбки пышного платья, осторожно, чтобы не оступиться, выбралась наружу.
Внимание, с каким её встретили гости и прислуга дворца, польстило девушке. Кокетливо улыбаясь, она прошествовала до самой лестницы приветствуя всех без разборов, знакомых и незнакомых – насколько она могла судить по фигуре, цвету волос, глаз, речи и манерам. Тут она почти безошибочно определяла, кто есть кто.
Сама Милли прятала лицо под маской мудрой совы. Её собственные легко узнаваемые белокурые волосы скрывало плотное покрывало из серо-персиковых птичьих перьев, доходя длиной чуть ли не до пояса. Девушку оно немного тяготило, но ради инкогнито она решила, что готова потерпеть.
Интересно, её кто-нибудь узнает?
Милли сняла с пояса веер, из прикреплённого к платью тонкой ажурной цепочкой продолговатого чёрного футляра, и, подняв его на уровень лица, игриво развернула во всю ширину.

0

5

Бал – это всегда праздник. Маскарад – праздник вдвойне. Совмещение приятного с полезным, ведь тебе предоставляется редкая возможность без особого напряжения проявить себя лучшим образом. Так сказать, пропиариться за чужой счёт.
Единственной проблемой, которая представлялась девушке, был выбор красивой «обёртки». Она не должна казаться глупой, чрезмерной или блёклой.
Саэри нравились яркие ткани, наряды дорогие и лишённые чванливой помпезности, но очень элегантные по стилю. Платья с длинными юбками, чётко оформленной талией и белоснежным кружевом на груди, окаймлявшем зону декольте.
На бал она надела именно такое, из персикового шёлка, облегающего тело, словно вторая кожа. Как вода, струящаяся вниз складками. Широкая полоса белой ткани, словно перевязь, проходила диагональю через весь наряд, и смотрелась эффектнее любой вышивки, любых самых причудливых узоров или ярких рисунков.
К платью полагались украшения, однако из всего вороха имеющихся у неё различных побрякушек, девушка выбрала только серьги и золотой браслет в форме тонкой. Она почему-то считала, что закрывать грудь каким-нибудь колье или ожерельем неприлично, это признак самолюбования и эгоцентризма.
Белокурые волосы были забраны в высокую причёску, из которой намеренно выбивались два завитых локона. На ноги Саэри натянула короткие белые сапожки.
Чтобы не идти на бал одной, девушка напросилась в компанию к работникам дипмиссии Евросоюза. Конечно, назвать просьбой деловое соглашение будет не совсем верно, но зато очень дипломатично. Она хорошо их знала, они – её.
Охрана дворца не пустила их автомобили дальше садовой стены, как и журналистам, и научным работникам, хотя многим аристократам, особенно из числа военных было дозволено оставлять свой транспорт вдоль подъездной аллеи. Саэри не могла знать их лично, но хорошо помнила по фотографиям, когда изучала геральдику и историю.
- Какой снобизм! – услышала она тихий возмущённый голос. – Можно подумать, мы – люди второго сорта!
- Так и есть, - негромко и совершенно спокойно произнесла в ответ Саэри.
Отношение британских аристократов ко всем остальным, неблагородного происхождения, мужчинам и женщинам разного достатка и положения в обществе давно стало притчей во языцех. Стоило ли так удивляться? Тем более, возмущаться. Как известно, тиранов творят рабы. Чарльз никогда не взошёл бы на престол, не будь среди ненавидящих и презирающих монархию откровенных трусов, готовых пресмыкаться за жизнь.
Настроение, радостное и возвышенное при подготовке к торжеству, медленно, но верно ползло к нулевой отметке.

0

6

Найтмер Фрейм типа Сазерленд приземлился во дворе замка, далеко в стороне от ковровой дорожки, швейцаров и автомобилей. Непримечательный, он тем не менее тотчас привлёк внимание служителей средств массовой информации. Они примчались, словно шакалы, почуявшие запах мяса и крови. Защёлкали фотоаппараты и камеры, делая снимки с разных ракурсов грозной громады, ожидая, кто появится из кресла пилота. Явится в найтмере на бал, к самому дворцу, - неслыханная дерзость. Способны на неё далеко немногие: обличённые огромной властью, имеющие огромное количество денег и откровенные камикадзе, которые, несмотря на давящую политику Священной Британской Империи, всё ещё не перевелись в мире.
Откинулся колпак лобового стекла, являя миру простой, лишённый всякого изыска ложемент пилота и человека, который ловким и непринуждённым движением опытного бойца с помощью троса немедленно спустился на землю, раскланявшись в разные стороны приветствующим его.
Но кто он? Тело скрывала плотная алая мантия с длинными широкими рукавами, длинным подолом и глубоким капюшоном, отброшенным на плечи, а голову украшала маска ястреба, из-под которой любопытные могли видеть лишь гладкий подбородок и губы. По фигуре, не высокой, не низкой, лишённой полноты или дистрофической худобы, можно было, как по линии подбородка и губ, сделать лишь одно заключение о таинственной личности – это мужчина. Всё остальное было покрыто тайной, ибо даже волосы закрывало густое покрывало из алых перьев. Глаза терялись в глубине маски, под далеко выдающимся налобником, так же украшенном перьями. Их цвет оставался неясным в тени и на свету.
Самые наглые из журналистов сразу потребовали имя и звание, как будто имели на то полное право. Гость равнодушно прошествовал сквозь толпу, не удостаивая ни одного взглядом или словом.
Среди приглашённых понеслись шепотки о том, что неизвестная фигура – принц крови или кто-то из рыцарей Круглого Стола. Мужчины делали ставки. Дамы перебирали последние политические слухи, и порой их фантазии принимали самые невероятные очертания. Кругом, тут и там, словно очаги пожара, вспыхивали кружки обсуждения. Люди следовали за ним по пятам, пока свита, сопровождающая его, не выросла вдвое против свиты устроительницы бала.
Однозначно, молчаливый незнакомец в алом вызвал невероятный ажиотаж среди приглашённых и журналистов.

0

7

Ешё одна карета остановилась у подъездной дворцовой аллеи. Из неё выпорхнула барынька, не по погоде облаченная в собольи меха и ворох цветастых пышных юбок. Она так разительно отличалась от большинства дам, приглашённых на бал, что можно было подумать, будто не гостья вовсе, а одна из числа выступающих сегодня артистов.
Только вот артистки не носят на шее колье с бриллиантами за несколько тысяч каждый. И их не сопровождает отряд вооружённых всадников в мундирах и высоких бушлатах с беличьими хвостами.
При желании незнакомка могла оказаться кем угодно: графиней, принцессой, богатой торговкой, звездой экрана запредельной величины, королевской любовницей. Или всё вместе взятое. Такое тоже возможно.
Важным шагом, высоко и гордо вздёрнув голову на длинной тонкой шее, покачивая длинными бриллиантовыми в золотой оправе серьгами, она поднялась по ступеням в дворцовое фойе, сопровождаемая двумя из своей охраны. Одной рукой поддерживая юбки платья, а другую, с веером из страусиных перьев, грациозно держа на отлёте.
Хищная фиолетовая маска, щедро украшенная стразами и перьями, закрывала глаза, смотревшие на всех высокомерно и презрительно.
Швейцар, оглашавший имена всех прибывающих на бал, при её приближении вытянулся в тонкую струну, как будто то была сама принцесса Корнеллия.
- Графиня Летницкая!
Малознакомая фамилия, выдающая славянские корни, в сочетании с титулом произвела не тот эффект, на который рассчитывали журналисты, столпившиеся у парадной. Другие участники торжества слишком быстро утратили интерес к барышне.
Графиня неторопливо прошла в танцевальный зал, осматриваясь по сторонам, обмениваясь приветствиями и редкими комплиментами с прочими масками, пока не заметила одну, очень нашумевшую в последнее время.
Отловив не очень-то вежливо за руку сновавшего в человеческом водовороте лакея, нёсшего поднос с напитками, она негромко спросила у него, указывая взглядом и лицом на интересующий её объект:
- Это тот самый Зеро? Неужели? Как он осмелился явиться на бал, да ещё вот так, не скрываясь?
Голос чуть дрожал от волнения и плохо сдерживаемого гнева.
Ей и в голову не могло придти, что тот, кого она приняла за самого известного нынче преступника и опаснейшего террориста, всего лишь фигура в маскарадном костюме. Для графини такой маскарад переходил все рамки дозволенного, и воспринялся, окажись оно так на самом деле, как настоящее оскорбление.

0

8

Длинновязая фигура человека, склонив ярко стилизованную для карнавала полу-маску, в которой присутствовала только верхняя часть и имелся клюв ястреба, смотрела с одного из многочисленных тут балкончиков за происходящим в танцевальном зале. Он был невысок и с него можно достаточно быстро спуститься вниз. Без сомнения, маска принадлежала мужчине и фигура эта была, несомненно, важная - или таковая пыталась казаться ею. Во всяком случае, владелец имел богатую фамилию, древний род и вековую историю, так что можно позволить себе такое... напущение важного вида во внешности. Но вряд ли кому либо пришло в голову его истинное влияние на этот мир. Мир, с которым борются все - при том, что история с наглым Зеро кажется по сравнению с ним лишь одной из малозначимых страниц. Просто тот проявил себя нарочито ярко, а пресловутый Ястреб - действует из тени, но участвует во многих вещах, за которую бы его с радостью казнили кое-какие лица.
     Произошедшую ситуацию с леди Летницкой он легко выделил. Человек своим вниманием вполне мог символизировать того же самого ястреба, выслеживающего мелкую добычу с высоты птичьего полета. Заметив, как та тянет за руку лакея, он подумал, что нужно бы прислушаться внимательнее. Несколько секунд - и он уже легко оказался внизу, торопящийся сквозь небольшую танцующую толпу. Многие бы подивились такой наглости, но помешать вряд ли бы смогли. И, словно невзначай, оказался рядом с лакеем и женщиной, легко вслушавшись в ее шепот. Все-таки, слуховые протезы чудесны и даже лучше выделяют тихий шум по сравнению с оригинальным анатомическим.
    "Зеро? Правда ли это или он всего лишь пытается казаться таковым? Это было бы неслыханной наглостью для такого человека, как он, представиться своим настоящим прозвищем... Но никто не посмеет сорвать с него маску, чтобы убедиться в правдивости его слов. В конце концов, у него много подражателей... и что, если просто одной аристократической шишке захотелось соответствовать новому веянию моды?"
    Он немного усмехнулся.
    "Но даже если ты, Зеро, настоящий, то в моих интересах, чтобы тебя не раскрыли на этом балу. Потому что мало ли, на что может быть способна эта женщина." Он понимал, что Зеро могут легко деанонимизировать и накроется слишком многое в его планах. А потому он постарался привлечь внимание - изысканным манером подойдя к Летницкой, склонив колено и поцеловав той ручку, пока она не успела отойти от изумления. Если он отвлечет ее собой, то... Да и ладно, все равно надо чем-то же заняться на этом балу имени принцессы Корделии? И вообще, возможно, он просто параноик и это не тот самый Зеро. Но лучше перестраховаться, чем допустить подобную промашку, правильно?
    - Миледи... Не составите ли мне пару для танца на этот вечер?

Отредактировано Mask (2017-01-07 16:32:16)

+1

9

- Пожалуй… - графиня проводила фигуру Зеро и перевела взгляд на ястреба.
Ей показался немного неприличным артистизм, заложенный в форме маски, но польстило внимание, которое ей оказал высокий молодой человек.
Титулованной женщине так же приятно мужское джентльменское обхождение, как любой другой. Но, в отличие от любой другой, леди не должна показывать своих истинных чувств. К тому же прилюдно.
Она раскинула веер, прикрывая нижнюю часть лица, где легко могла затаиться улыбка или презрительная гримаса. За сложенной гармошкой плотной бумагой могло скрываться многое, чего не следовало показывать на людях.
- А вы симпатизируете Зеро и его идеям? – поинтересовалась графиня, вкладывая свою ладонь, затянутую в белую кружевную перчатку, в ладонь кавалера, пока другая рука продолжала прикрывать веером лицо. – И дозволено ли мне будет узнать, как обращаться к вам?
Этикет не позволял ей представиться первой. И раз уж её пригласили на танец, джентльмен должен проводить её в танцевальный зал, как положено.
Журналисты, мелкая назойливая мошкара, суетливо щёлкали фотоаппаратами, вызывая у графини Летницкой лёгкое чувство досады.
«Почему их так много?»
- Боже мой, у нас в России их даже близко бы не подпустили ко двору. Выбрали бы самых лучших, доверенных, двух-трёх человек, не больше, и провели бы для них видеоконференцию. Но не пустили на бал, чтобы не портить удовольствия уважаемым людям.
«Они же, как собаки, прыгают вокруг, скачут. Того и гляди, наследят или напустят слюней».
Её сиятельство не без причины не любила работников СМИ. Покойный муж графини в юности нередко становился мишенью для их нападок. И, возможно, они же сыграли не последнюю роль в его смерти.
Что скрывать греха, он и впрямь слишком любил женщин и азартные игры, и не дурак был выпить. Подобные грешки водились у многих дворян, когда-либо служивших в армии. Но разве стоит выставлять их напоказ?
Благодарение маман, он не успел промотать всё состояние на вино и карты. А она сразу жёстко взяла супруга в оборот.
И вот, снова одна в каких-то тридцать семь с половиной. Ещё очень хороша, богата и именита.
Графиня на минуту приопустила веер, демонстрируя подбадривающую снисходительную улыбку.

0


Вы здесь » Code Geass: Castling » Бал-маскарад » Подъездная аллея


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC