Code Geass: Castling

Объявление









Информация для гостей:

Теперь любой гость может попробовать свои силы в игре. Для вас открыт Бал-маскарад. Надевайте маску, представляйтесь кем хотите (в рамках фэндома, конечно) и - в путь.
Информация для Таинственной Маски




Рейтинг игры: + 18.


В игру очень нужны Шнайзель, Наннали и Джино Вейнберг. Обещаем любить и холить. ♥

Администраторы:

Saery Twane
ICQ: 479814033


Друзья форума:


WHAT'S GOING ON THE abyssal¿

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Code Geass: Castling » Прошлое и Будущее » Остров перемирия


Остров перемирия

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Небольшой остров с лесом и невысокими горами.
На нём оказываются Зеро и принцесса Юфимия, ещё пока не подозревающая,
кто скрывается под маской знаменитого преступника.


Хронология: Ситуация основана на событиях аниме/манги "Код Гиасс",
когда Юфимия и Лелуш, Сузаку и Карен попали на необитаемый остров.

Погода: Тепло, свежо, с моря веет приятной прохладой, по небу разбросаны редкие облака.

Время: День

Очерёдность: Лелуш, Юфимия

0

2

Он очнулся от забвения под странный, но приятный звук, который мозг, тотчас включившийся в мыслительную работу, оценил, как крайне неуместный. Где-то совсем рядом плескалась вода. Вода, которой по определению не должно было быть там, где он потерял сознание.
Лелуш открыл глаза и огляделся. Совершенно точно он находился в другом месте, и хоть остров на первый взгляд производил впечатление рая, ощущения и чувства подсказывали, что он пока ещё жив. Значит, то, что он оказался здесь, кому-то на руку. Кому-то очень могущественному.
СиСи не говорит всего, что знает. У юноши были серьёзные подозрения насчёт того, сколько в реальности существует носителей кода и чем они заняты. Возможности Гиасса огромны. Кому как не ему самому знать это.
Либо к делу приложил руку кто-то из императорской семьи. Шнайзель?
Но для какой надобности.
Лелуша бросило сначала в озноб, потом в жар, от стремительно мелькнувшей в голове мысли: знают ли теперь его враги, кто такой Зеро на самом деле?
Он снова огляделся вокруг, и, убедившись, что поблизости никого нет, стянул с лица поднадоевшую маску.
Откинувшись на гладкий высокий валун, выступавший из песка на самом побережье, юноша устремил взгляд в сторону моря. Плеск воды успокаивал и вызывал в душе приятные воспоминания, навевая состояние ностальгической тоски по временам, когда все они ещё были полной дружной семьёй. Когда мама была ещё жива, а Нанналли здорова. Когда отец ещё не стал свиньёй и тираном. Или не показывал своего истинного лица. Как хорошо было жить в мире блаженного неведения, без слёз и сжигающей жажды мести!
Он понимал, что сейчас не время и не место расслабляться, настойчиво прогоняя лишние чувства, мешающие сосредоточиться на главной проблеме. Не о том ему следует думать. А о том, где Сузаку и Карен.
Если чья-то неведомая прихоть занесла его на незнакомый остров, то что сталось с ними?
Вдруг Лелушу послышались чьи-то робкие неосторожные шаги. Он схватил маску, надел её, полностью скрыв лицо и волосы, и, вскочив на ноги, обернулся в сторону звука.
- Ты?

Свернутый текст

Мне подумалось, что не имеет смысла чётко следовать оригиналу.

0

3

Тёплое летнее солнце приятно согревает лицо, ветерок ласково играет с волосами на чёлке, а ногам на удивление прохладно - Юфемия никак не может заставить себя открыть глаза. Шум моря кажется сейчас таким правильным и нормальным, что принцесса даже не думает о происходящем, как о чём-то серьёзном. Тонкие, бледные пальцы перебирают влажный песок и вдруг в полупрояснившейся голове всплывает мысль о последнем происшествии - Сузаку, Зеро, она сама, бросившаяся в пучину событий в надежде хоть чем-то помочь, защитить своего рыцаря от возможной участи, которую заготовили войска империи для Зеро и его соперника. Вот только дальше в голове - темнота и пустота. Словно от толчка или удара током девушка вздрагивает и резко садится на месте - голова слегка начинает кружиться, перед глазами на мгновение темнеет, но вскоре всё проясняется и приходит в норму. Оглядываясь, Юфи обнаруживает себя на берегу моря - волны накатывают на неё, но, к счастью, едва достают до груди. Девушка с трудом поднимается с холодного песка и в голове возникает мысль, что Корнелия обязательно бы её отругала, за то, что она спит на холодном берегу - может себе застудить все органы, и эта мысль вызывает секундную улыбку. После этого принцесса оглядывается по сторонам, в надежде увидеть Сузаку или хотя бы вообще понять что это за место, однако, ни одно, ни другое получить ей не удаётся. Тяжёлые, мокрые юбки тянут вниз, и она впервые жалеет, что носит подобные платья. Оправив влажных верх платья, она провела пальцами по волосам - ей повезло, что розовые, густые пряди лежали выше её головы, иначе сейчас они были бы в ужасном состоянии, а так - всё весьма даже неплохо. Снова беспомощно оглядевшись, Юфемия пришла к выводу, что у неё есть только один способ что-то узнать - идти. И она пошла...
Идти по берегу вдоль линии прибоя оказалось делом приятным - прохладный летний ветерок приносил с собой морскую свежесть, солнце ласково играло в волосах, старательно забираясь под платье, пытаясь его просушить - с этим было сложновато. Она знала, что вполне может наткнуться на Зеро или кого-то из его людей, но Юфи не была бы собой, если бы боялась - это было бы слишком на неё не похоже. И всё же показавшийся за камнем силуэт сидящего человека заставил её немного напрячься и замедлить шаг. Кто бы это ни был - лучше быть немного аккуратнее. Чего и следовало ожидать - незаметной она никогда быть не умела - её быстро заметили. Когда человек показался перед ней полностью, она вскинула брови и едва заметно кивнула. Она, конечно, догадывалась, что встретить так легко Сузаку будет слишком сильным везением, однако встретить Зеро - было ли большой бедой?!..
- Эм... Здравствуй, Зеро.
В первые несколько секунд она не знала что именно нужно сказать, а после в голову полезли вопросы, которые в общем-то оттуда ещё толком не вылезали и она тут же решила их озвучить. Тонкие пальцы неловко перебирали влажную ткань юбки.
- Где мы? Что случилось? Где... другие? - она смотрела на преступника с лёгкой неуверенностью, словно никак не могла понять - нужно его бояться или нет. Что-то ей подсказывало - в глубине души - что он не так опасен, как кажется... По крайней мере для неё.

Отредактировано Euphemia li Britannia (2015-07-03 14:27:48)

0

4

Принцесса Юфи, воплощённое благородство. Она напоминала Нанналли, и при том очень сильно. Обманывать её было тяжело. Не так, как с Огги и остальными, которые с самых первых дней основания ордена чёрных рыцарей являлись для него всего лишь пешками.
Из всей императорской семьи Лелуш мог назвать лишь двоих, кого он искренне любил, и чья чистая душа вызывала в его собственной душе трепет, - Нанналли и Юфемия. Два светлых ангела среди грязи и порока.
Юноша задался вопросом о том, что ей известно. Он не мог сказать, сколько пробыл без сознания. Кто и что видел, пока он лежал без чувств на берегу? Юфемии свойственно любопытство, и при всех её высоких моральных качествах, вряд ли она удержалась бы от соблазна заглянуть под маску.
Лелуш привык подмечать в людях отрицательные черты, не придавая особого значения положительным. Вера в людей умерла вместе с матерью, надежда сменилась равнодушием. Юноша предпочитал ориентироваться на худшее, чтобы всегда быть готовым ко всему. А потому он вполне допускал мысль, что чистая, светлая, бесхитростная Юфи способна проигнорировать голос совести, если та вдруг вступит в противоборство с любопытством.
В себя Лелуш тоже не особо верил. Ещё пару месяцев назад у него не возникло бы даже мысли, как поступить со сводной сестрой, если вдруг та окажется на его пути. Ведь он ни в коем случае не собирался причинять зла Юфи. А теперь…
Теперь он встал на путь разрушения. Ради достижения цели любые методы подойдут. Потребуется перешагнуть через чью-то жизнь, он сделает это. Но сейчас юноша не был уверен, что готов пойти на убийство. Юфемия – не Кловис. Она слеплена совсем из иного теста. Не её вина, что она – дочь британского императора и сама британка.
Так или иначе, придётся раскрыть Зеро. Хотя бы для того, чтобы Юфи доверяла ему. Вряд ли принцесса осмелится и захочет поведать отцу о том, кто скрывается за маской известного преступника. Только не после необъяснимой и столь же преступной привязанности к одиннадцатым.
Лелуш медленно коснулся секретной защёлки на тыльной стороне маски, позволяя ей сложиться в сегменты и удобно лечь в ладонь, открывая лицо.
Ничего подходящего случаю в голову не приходило, кроме банального приветствия:
- Здравствуй, Юфи. Давно не виделись.
«Верно, меньше всего здесь ты ожидала увидеть именно меня».

+1

5

Юфемия замерла, глядя на юношу в маске Зеро. Он навевал очень странные ощущения, он не вызывал страха, хотя и должен был - только волнение и лёгкий трепет. Он не вызывал восхищения, как у многих - только каплю благоговения. Он был таким же человеком, как и все вокруг неё, как она сама. И она не могла понять, стоит ли бежать или всё-таки попробовать сблизиться. В прочем, собеседник кажется решил сам не устраивать с ней войну - его длинные тонкие пальцы потянулись не к пистолету, а к маске и принцесса затаила дыхание, чуть сильнее сжимая в пальцах мокрую ткань юбки. "Он же... Он же не хочет открыть мне лицо?... С чего бы такое доверие..?". Однако, Зеро и вправду снял маску и дрожь прошла по спине Юфи, стоило ей увидеть лицо преступника. К ней в голову пару раз забиралось какое-то странное чувство, будто это может быть именно этот человек, но отчего-то она никогда не считала эту идею действительно верной. Удивление отразилось в фиалковых очах.
- Лелуш..? - на глазах девушки выступили непрошенные слёзы, мешая обзору и задерживаясь на ресницах. Она не могла поверить в то, что предстало её взору и оттого она не осознавая того плакала. Нет, это не от расстройства или разочарования - это были искренние слёзы радости и облегчения.
Она выпустила юбку из пальцев и принялась утирать влагу со щек, тепло улыбаясь и чуть покачивая головой, поглядывая на стоящего напротив собеседника. Удивление - оно осталось, ещё бы. Она пусть и предполагала такое развитие событий, всё же не ожидала такой встречи. Зеро, великий преступник и борец за справедливость, кем-то восхваляемый, кем-то ненавистный, оказался просто Лелушем - её любимым братом, который с детства был для девушки особенным, которого она так давно не видела, и он появился в самый подходящий момент.
- Лелуш, я так рада тебя видеть! - она уже успокоила слёзы и теперь просто тепло улыбалась, глядя на юношу, прижав ладони к груди. Возможно, кто-то другой среагировал бы иначе, кто-то осудил бы, но только не Юфи. Она никогда не считала Зеро настоящим преступником и уже тем более не смогла бы осудить того, кто оказался под маской, - Как... Как мы здесь оказались?
Несмотря на удивление и радость от ситуации, Ли Британия никак не могла забыть о том, что она находится в каком-то непонятном месте - мокрое, тяжелое платье привлекало к себе её внимание, мешая полностью расслабиться и вдуматься в происходящее.

Отредактировано Euphemia li Britannia (2016-05-14 15:30:22)

+1

6

Всегда интересно наблюдать за людьми в минуту удивления. Они против воли начинают гримасничать. Неосознанно. И каждый по-своему. Кто-то реагирует больше, кто-то меньше, но почти всегда в первую очередь расширяются глаза…
Эмоции сменяются в них одна за другой, столь очевидные, что не представляет труда разобраться в них даже непосвящённому зрителю.
Сначала Юфемия смотрела на Зеро с волнением и любопытством, потом со смесью страха, пока не пришло узнавание и, вместе с ним, облегчение. «Кого ещё ты ожидала увидеть за этой маской, сестра?» - подумал Лелуш, признаваясь себе, что её взгляд в какой-то мере льстит его самолюбию.
Сложив маску-шлем на сгибе локтя, как делали некоторые рыцари древности, когда приветствовали даму, юноша улыбнулся, тепло и приветливо дорогой родственнице.
- Рад, что ты не забыла обо мне, Юфи, ведь прошло столько лет.
По щекам девушки заструились слёзы, отчего Лелушу стало неудобно. Его всегда напрягали женские слёзы. В такие минуты он ощущал себя виноватым, хотя не сделал ничего, что могло бы навредить им. 
Юфи попыталась скрыть следы своей чувствительности, стерев их со щёк. Но делала она это на автомате, оставляя тоненькие влажные дорожки, отчего казалась ещё более жалкой и несчастной, похожей на выпавшего в бурю из гнезда птенца. Приблизившись к ней юноша тыльной стороной пальцев правой руки стёр остатки.
- Не подобает британской принцессе плакать, - чуть насмешливо и в то же время утешающее произнёс Лелуш.
Заметив, что Юфемия продрогла в пропитавшемся влагой платье, он галантно снял с плеч плащ и укрыл им её плечи, надеясь, хоть таким щедрым жестом утешить сердце и немного согреть сестру.
- Мне бы очень хотелось сказать, что знаю, но на самом деле мне ведомо столько же, сколько и тебе.
Он снова мысленно переместился во времени к моменту, когда потерял сознание, анализируя варианты развития событий. Все нити свивались в один моток: сами он бы не попали на остров. Их переместили с определённой пока им неизвестной целью. Но кто?
Император? Орден? Или Шнайзель и его свора?
В любом случае, находиться на побережье может быть опасно.
- Ты голодна?
Лелуш оглядел прибрежные кусты и видневшийся невдалеке густой лес. Играть роль Зеро куда легче, чем искать пропитание на неведомом отрезке земли. Ни охотой, ни собирательством глава Ордена чёрных рыцарей никогда не занимался.

+1

7

Сказать, что Юфемия была рада – не сказать ничего. Она заподозрила, что под маской Зеро скрывается Лелуш еще в то время, когда террористы захватили торговый центр и принцессе пришлось раскрыть свое имя, чтобы спасти испуганную британскую школьницу, к которой пристали те самые бандиты. Тогда Юфи сказала что-то про Кловиса, а Зеро ответил, что убил его только потому, что он является ребенком из королевской семьи, и направил пистолет на принцессу, мотивируя это тем, что она – тоже такой ребенок. Кто может настолько ненавидеть королевскую семью? Не саму Британию, не ее политику, не чиновников, а именно детей императора? Не тот ли опальный принц, которого изгнали, лишив права на престол?

На самом деле Юфи не была настолько умной, чтобы догадаться сразу, просто в сердце шевельнулась какая-то надежда. Она пыталась искать Лулу и Наннали, наводила о них справки, где только могла, знала, что Корнелия тоже ищет – но только не брата и сестру, а убийц королевы Марианны, которой старшая принцесса восхищалась. Но, как оказалось, и Лелуш, и Наннали тщательно замели следы – вернее, им помогли. Кто? Не суть важно. Главное, что сумасшедшая догадка Юфи оказалась верна и теперь Лелуш перед ней, пусть и является ей врагом. Но… не сейчас. Они враги на политической арене, в Одиннадцатом Секторе, где он – Зеро, глава Ордена Черных Рыцарей, а она – вице-генерал-губернатор, но здесь и сейчас они просто Лелуш и Юфемия. Брат и сестра, которые очень-очень давно не виделись.

- Я не могла тебя забыть, - шепнула Юфи, утирая непрошеные слезы, и вздрогнула, когда брат сам принялся собирать влагу с ее щек. Плащ Зеро лег на плечи принцессы, согревая и утешая. Юфи светло и радостно улыбнулась, ведь и правда успела замерзнуть в мокром платье.

- Интересно, что случилось с Сузаку, - против своей воли Юфемия подумала вслух. Тогда… он ведь здорово рисковал, и, наверное, мог погибнуть. Юфи не хотелось даже предполагать, что с Сузаку могло случиться что-то плохое – ей становилось страшно и еще более холодно, чем на самом деле. Если с ним что-то произошло… Если он… Простит ли она себя?

Впрочем, Лелуш, как и всегда, был более приземленным, чем его сестра. А еще он был чертовски прав – Юфи и вправду была голодна. Виновато улыбнувшись, принцесса произнесла:

- Я с утра ничего не ела. Сейчас и правда не мешало бы… Но что мы можем тут достать?

Как принцесса, Юфемия даже не представляла, как готовить еду. Если бы Лелуш каким-то волшебным образом достал кролика или птицу, Юфи точно не разрешила бы ему употреблять милых животных в пищу. Рыба? А на что ее поймать? Ягоды? Фрукты? А вдруг здесь есть ядовитые?  Третья принцесса в этом совершенно не разбиралась.

+1

8

Юфемия перестала плакать, и можно было вздохнуть свободно. То есть, подумать о более конкретных вещах - таких, как укрытие, пропитание и безопасность. Прежде всего, уйти с открытого места. Хотя бы вглубь острова.
   Они - не потерпевшие крушение моряки, и ждать у воды, что их подберёт проплывающее мимо судно, было бы верхом глупости. В японских водах сейчас плавают только британские военные корабли, или сторонники Зеро. Для него и Юфи любой расклад из двух сейчас нежелателен, поскольку для британцев он - опасный преступник, вопрос о поимке и аресте которого даже не обсуждается, а для Чёрных Рыцарей Юфемия - британская принцесса, ценный заложник - так что если Зеро захочет освободить её, его же люди его не поймут. Патовая ситуация.
   Вся надежда на Сузаку и Карен, их силу и преданность.
   Лелуш не знал мыслей сестры, но угадать их течение никакой сложности для него не представляло. Он тоже переживал за судьбу друга.
  - С ним всё будет в порядке, - уверенно сказал Лелуш, не чувствуя на самом деле этой уверенности. - А нам сейчас надо позаботиться о самих себе. Можем заняться собирательством. За одним выясним, куда нас занесло.
   Мысль была очевидной и имела рациональное зерно, но не хватило чёткости действий. Во-первых, в какую сторону идти, потом, как раздобыть питание. Но самое главное - что делать с одеждой. В том, что на них надето, они очень уязвимы. Не для оружия.
   Достаточно одного случайного взгляда, и образ Зеро треснет, как яичная скорлупа. Предсказать тогда ход событий не возьмётся никто, даже он. Одно точно - Ордену Чёрных Рыцарей будет грозить раскол, а его мечты и старания, положенные на её исполнение, пойдут псу под хвост.
   К несчастью, у него ничего с собой не было: ни сменного комплекта одежды, ни найтмара, кабина которого хотя бы частично могла бы скрыть его лицо. А такой запоминающийся костюм, как у Зеро, в принципе проблематично скрыть. Любая деталь сразу бросается в глаза, учитывая её носителя.
  - Давай поступим так. Разделимся и поищем какую-нибудь еду и питьё. Что-нибудь съедобное. А там посмотрим. Встречаемся здесь, согласна?
   Он хотел побыть один по многим причинам. В том числе, и чтобы спокойно обдумать, как быть дальше.

0

9

Юфи чувствовала себя растерянной. Она привыкла быть уверенной в своем будущем, ведь почти всегда находилась рядом со старшей сестрой, но сейчас Корнелия была далеко (кто знает, куда их с Лелушем занесло), судьба Сузаку и вовсе была неизвестна, а Лелуш – вновь обретенный брат – не мог обещать принцессе безопасность, и она понимала это. Он называет себя Зеро, и не может же предводитель повстанцев помогать вице-генерал-губернатору Британии. От этого Юфемия чувствовала себя беспомощной и потерянной – в который раз она осознала, насколько зависит от других, и это удручало ее – хотелось в кои-то веки быть самостоятельной, но только не сейчас, когда ее платье и волосы промокли насквозь, а сама она находится в неизвестном месте. Конечно, Юфи знала, что ее ищут. Корнелия не может ее не искать. Но найдет ли она сестру? К тому же, принцессу не отпускала тревога за Сузаку, и слова брата ее вовсе не успокоили.

Собирательство? В дворцовом саду росли плодовые деревья. Иногда Шнайзель пытался залезть на них, чтобы достать сестрам яблоко или грушу, Юфи и сама тогда пыталась ему подражать, но сестра одернула ее, заметив, что принцесса порвет платье. Сейчас Юфемия стала выше ростом, и, чтобы сорвать фрукт, ей не пришлось бы лезть на дерево, при условии, что его ветви не высоко, но смогут ли они утолить голод яблоками? Впрочем, выбирать все равно было не из чего, или фрукты – или голод, так что Юфемия согласилась с предложением Лелуша, и, хотя ужасно не хотела разделяться, чтобы не потеряться снова, все же пошла в противоположную от брата сторону, и зашла в лес.

Губы принцессы тронула легкая улыбка – она вспомнила момент из детства, когда они с Лелушем заблудились в дворцовом парке, и она точно так же блуждала по «лесу» в одиночестве. Держа платье двумя руками, чтобы не зацепить за кусты, Юфи прошла глубже в лес и наконец увидела дикую грушу. Юфемия любила груши, и дерево дало прекрасный урожай: его ветви буквально ломились от плодов, а собирать их здесь, по-видимому, было некому.

Сорвав одну грушу, Юфи задумалась, что с ней делать. Она же грязная. Помыть? А где? В море? Там вода тоже не образец чистоты.

Голод победил брезгливость, и Юфемия просто обтерла грушу подолом платья, вгрызаясь в ароматный спелый плод. Доев грушу до конца, принцесса выбросила остатки в кусты и принялась собирать еще фрукты в подол, впервые радуясь, что ее платье такое пышное.

***

Дойдя до пляжа, где решил встретиться Лелуш, Юфи с радостной улыбкой продемонстрировала ему свою нехитрую добычу.

- Они вкусные и спелые, - почти виновато сказала принцесса, - конечно, это не сытно, но все же лучше, чем ничего, правда?

+1

10

Разве великий Зеро мог предусмотреть, что однажды окажется на необитаемом острове, где нет ни друзей, ни врагов? Чудны и прихотливы извивы дороги судьбы. Он не представлял никогда, что дорогой костюм, который он носит, может быть таким неудобным: душным и тяжёлым. В нём мокло тело, непривычное к изнурительному физическому труду - плотная ткань не пропускала пот и не насыщала в должной мере кислородом клетки кожи. Становясь ещё тяжелее от напитывающей ткань изнутри влаги.      Пытаясь добыть пропитание, Лелуш, у которого за плечами не было ни дня опыта работяги-крестьянина, приученного с колыбели зарабатывать хоть на какой-нибудь кусок хлеба пахотой и охотой, пошёл по самому простому пути, подчерпнутому им из книжек. Он выкопал ловушку, пользуясь вместо лопаты большой разлапистой и крепкой веткой. Надеясь, что зверь будет значительно глупее его, и сам угодит в приготовленную для него яму.
   Стоило ли говорить, каких трудов и сил стоило простое копание в земле? К тому времени, как ямка приобрела более-менее сносные черты ловушки, юноша взмок от пота и задыхался.
   И винить некого - сам предложил.
   В душе шевельнулось смутное беспокойство на тему того, где сейчас Юфемия, и не угрожает ли ей опасность.
   Вряд ли здесь водятся хищники. Место довольно обжитое, хотя совсем недавно он был уверен, что они оказались на необитаемом острове. Не видать людей и домашних животных, но это не значит, что их тут и не бывает - слишком чисто, а между деревьями вьётся тропка, по которой ходят или ходили раньше.
   Лелуш почему-то не торопился выяснять, кто здесь живёт, и где это, собственно, “здесь”, Впервые за долгое время ему не было нужды притворяться, скрывать свою личность. Он просто был самим собой. Его душа и мозг отдыхали, пока тело изнывало от непривычной для него нагрузки.
   Умаявшись вконец, он стоял, переводя дыхание и не желая более что-либо решать или делать. Промыкавшись, и не поймав ничего в продолжение нескольких часов, изрядно оголодав, устав и испытывая сильнейшее раздражение на самого себя, Лелуш повернул обратно к берегу. Он не знал, что скажет Юфи, но точно знал, как будет выглядеть в её глазах. Он, великий Зеро, на деле - жалкий неудачник, и по части выживания вдали от цивилизации совершенно бесполезен. Успокаивало только то, что уж сестра - то и подавно ничего не нашла и не поймала. И ладно, если придёт назад такой же чистой и опрятной, как уходила. Когда они были маленькими и играли в прятки в императорском саду, Юфи непостижимым образом удавалось собрать больше него синяков и ссадин, не говоря уже об испорченной одежде и грязной коже рук и лица.
   Каково было его удивление, когда Юфемия обнаружилась всё такой же сияющей, как раньше, ничуточки не пострадавшей в результате поисков, разве, что подол платья был чуть-чуть грязноват. Зато у неё был целый улов спелых груш.
   - Ты молодец, - произнёс юноша немного уныло, хотя не хотел выдавать своих чувств. Душу кольнула зависть.

+1

11

Улыбка Юфи стала еще светлее от похвалы, но, когда она заметила кислое лицо Лелуша, тут же сообразила, что брат не добыл вообще ничего. Британский принц остается британским принцем, даже если он на данный момент предводитель мятежников. Юфемии даже стало стыдно за свои груши, однако она осторожно присела на землю, выкладывая плоды на траву.

К вечеру холодало. Все еще мокрое платье противно липло к телу. Нужно было развести костер, но как? Юфи никогда не разводила костры, и даже не прикасалась к таким вещам, как, к примеру, зажигалка – не было необходимости. Впрочем, принцесса подумала, что огнем займется брат, но, учитывая его успехи в добыче пропитания, Юфи уже не была уверена.

- Это даже лучше, - задумчиво сказала принцесса, вертя в руках грушу, - лучше, чем если бы мы убили зайца, правда?

Юфи любила зайцев, как и всех остальных животных. Если бы Лелуш поймал зайца, она ни за что не позволила бы ему зажарить милую зверушку, а потом, чего доброго, и домой к себе забрала. Рыба – тоже не выход, потому что ее надо чистить!

О том, что зайца тоже нужно было бы потрошить, Юфемия даже не подумала.

- Попробуй, - сказала Юфи, протянув Лелушу грушу. И зябко поежилась.

- Огонь бы развести, - беспомощно проговорила принцесса, - холодно…

Из-за огня их могут заметить, но… может, даже к лучшему? Не всю же жизнь торчать на острове!

+1

12

Юфемия была горда своей полезностью. Так горда, что даже Лелушу с его выпестованным эгоцентризмом стало жалко разрушать её маленькое счастье. Захотелось подбодрить и пообещать что угодно, лишь бы сохранить приятное во всех смыслах заблуждение по поводу благополучного исхода их пребывания на острове. Он уже начинал понимать, где они очутились, но ещё не разобрался, каким образом. Это Каменедзима, главная сокровищница Зоны 11 и её проклятье. Яблоко раздора, хранящее в недрах залежи сакурайдата. И тайны, ещё более глубокие, чем любые сокровища.
  - Лучше, - согласился Лелуш на вопрос сестры, не моргнув и глазом на лжи.
   На самом деле, если бы удалось поймать хоть одного зайца, он в какой-то мере был бы морально вознаграждён за все усилия, которые пришлось приложить на его поимку. И уж точно не стал гадать, разделывать тушку на шашлык, или отпустить.
   К счастью для Лелуша, он не сильно разбирался в охоте и особенностях мелких животных. Потому, что в случае поимки, скажем, зайца, ему грозило оказаться поверженным на залитую собственной кровью землю, со вспоротым животом или грудной клеткой. У зайцев и кроликов очень сильные лапы и ещё более крепкие и острые когти. А изгибаются, если их схватить, всем телом, словно резиновые. Юфи, тем временем, заметив замешательство брата, протянула ему одну из груш. Нельзя сказать, что способ очистки, который она избрала, был гигиеничным, но, за отсутствием основных благ цивилизации в округе, выбирать не приходилось.
   Поблагодарив, Лелуш принял фрукт, только тут заметив, что Юфемия насквозь продрогла. Её мокрая одежда льнула к телу, и кожа на руках покрылась мелкими цыпками, какие возникают от холода.
   Почти одновременно со словами Юфи, ему пришла в голову мысль, что надо развести костёр.
  - Вот, - Лелуш, сняв с плечей плащ Зеро, накинул его на плечи сестры; потом пошёл вдоль кромки леса, собирая упавшие веточки.
   Когда ветки были собраны, и уложены в кучку на берегу, он достал зажигалку и поджёг их. Ну и пусть заметят - ожидание спасения становилось невыносимым. Лелуш обрадовался бы сейчас, как врагам, так и друзьям, поскольку командовать на поле боя ему казалось занятием, куда более лёгким и понятным, чем выживание в первобытных условиях.

+1

13

Груши были сочными и вкусными. Съев одну, Юфи потянулась за другой – к чему экономить? Здесь много грушевых деревьев, их никто не трогает, кроме случайно оказавшихся на острове принца и принцессы, к тому же, их совсем скоро спасут.

Уверенности добавлял Лелуш, абсолютно невозмутимый и уверенный в благополучном исходе дела. Его плащ террориста приятной тяжестью лег на плечи, и Юфемия невольно в него закуталась. Лучшим выходом было бы снять тяжелое и мокрое платье, но девушка стеснялась, так что решила терпеть – лето, она не простудится. Тем более, Лелуш уже принялся разводить костер, и вскоре веселый огонек разгонял ночные страхи.

Сейчас Юфи уже не боялась великанов или людоедов. Ей даже подумалось, что, если бы из чащи леса вышел один из них – поздоровалась бы и радостно пожала косматую лапу. Все лучше, чем Орден Черных Рыцарей или… британская армия. Кто бы из них ни появился здесь – либо Юфи, либо Лелушу угрожает опасность. Ему даже больше, чем ей. Принцессу Британии не тронут даже Черные Рыцари – во-первых, Лелуш не позволит (Юфи была уверена), во-вторых – она слишком ценный заложник, чтобы убивать ее или причинять физический вред. Упади хоть один волосок с головы младшей сестры Британской Ведьмы Корнелии – и обидчик может прощаться с жизнью. Но Лелуш… мало того, что он один идет против всего мира, против устоявшейся системы – он еще и прячет свое лицо. Его никто не должен узнать.

На лицо брата падали блики от костра. Юфи подтянула колени к груди, обнимая их. Время для душеспасительных бесед было совсем неподходящее, да принцесса и не планировала их вести. Она в какой-то мере понимала, чем руководствуется Лелуш и что, вернее, кого он хочет защитить. Юфи тоже хотела защитить то, что ей дорого. И именно поэтому с ее губ сорвалось вполне предсказуемое:

- Как там Наннали?

+1

14

Постепенно Юфемия отогревалась у костра, и на её щёки возвращались привычные тёплые краски. Перестало дрожать тело. Да и сам он чувствовал себя получше.
Что сыграло в этом: тепло, покой или возвращённое самоуважение?
Пока Лелуш просто смотрел в огонь, прокручивая в голове события, предшествовавшие их с Юфемией появлению на острове, и прикидывая варианты спасения. Так и так, у них двоих имелась одна большая проблема: кто бы ни явился их спасать, один из них окажется под ударом. Совершенно необязательно это будет физическое насилие. Скорее, испытание морально-психологического характера. Например, пристальное внимание общественности, факты, просочившиеся в СМИ, подорванная репутация. К реальным данным добавятся слухи и домыслы. А уж до чего могут додуматься журналисты, дай им только власть, Лелуш знал не понаслышке, и не питал иллюзий относительно того, чем обернётся их с Юфи совместная ночёвка вдали от цивилизации в переложении прессы и ТВ. Не исключено, что, не зная истинных причин,  которые на самом деле их связывает, эти информационные стервятники наклеют на них ярлык «любовники». В таком случае смеяться, наверное, будет одна лишь СиСи. И больше всего достанется на долю Юфемии. Для них обоих было бы лучше расстаться как можно скорее.
Но бросать сестру одну, в тёмном, безлюдном месте, где с ней могло приключиться что угодно, у Лелуша, при всей его чёрствости, не лежала душа. Быть может, потому, что Юфи единственная из всех прочих его сводных сестёр напоминала не отца, а Нанналли.
Юфемия как будто подслушала его мысли и задала тот самый вопрос, который брат упорно гнал от себя последние несколько часов.
Он не мог знать, что сейчас с Нанналли, и потому переживал. Едва ли не больше, чем за здоровье и честь сидевшей рядом с ним принцессы.
«Где этот остолоп Сузаку, когда он так нужен?»
В душе Лелуша нарастало раздражение, как естественная реакция постоянно занятого работой ума на задачку, в которой слагаемые никак не хотели сходиться к правильному ответу. А он не привык к неразрешённым задачам.
- С Нанналли всё хорошо, - скупо ответил Лелуш, подобрав с земли веточку и пошурудив ею угли костра, чтобы огонь подольше горел.
Лгать становилось всё легче и привычнее – как дышать под водой. Он уже сам не всегда замечал за собой этого. Скоро, наверное, он станет таким же холодным, как глубоководные рыбы, не чувствуя ни стыда, ни сожаления.
Вопрос разрушил установившуюся идиллию, породив иные вопросы:
«А ты интересовалась судьбой Нанналли, когда была десять лет под крылом Корнеллии? Или только сейчас про неё вспомнила?»
Раздражение прорвалось в коротком размашистом жесте, с которым Лелуш зашвырнул ставшую уже ненужной веточку в огонь.

+1

15

Юфемия смотрела в огонь – и видела лицо Сузаку. Она могла лишь надеяться, что с ним все хорошо. И ей хотелось, чтобы он ее нашел, спас, увел отсюда подальше – Сузаку или Корнелия. Впрочем, видеть Сузаку ей хотелось даже больше, чем старшую сестру, и это пугало Юфи. Она волновалась за обоих дорогих ей людей, но Сузаку был в эпицентре… И если взрыв забросил их с Лелушем сюда, так далеко, то где сейчас ее верный рыцарь? Юфи боялась не за себя – сейчас, когда она встретилась с братом и узнала истинную личину Зеро, ей было не о чем опасаться. Но Сузаку мог серьезно пострадать.

Юфи даже не допускала мысли «погиб». Вернее, отгоняла ее, как в детстве отгоняла мысли о ночных чудовищах, живущих под ее кроватью. Но мысль о гибели Сузаку была более реальной, чем непонятные детские страхи. И Юфи задавалась вопросом – что она будет делать без него? И только сейчас осознавала, как дорог и близок ей этот человек.

«Лишь бы он был жив!» - взмолилась Юфемия, и в ее глазах отразилось пламя костра.

Тем временем Лелуш ворошил угли, и костер разгорался сильнее. Принцесса понимала, с чем связан такой короткий и недовольный ответ по поводу Наннали – она, Юфи, никак не пыталась искать брата и сестру. Корнелия запретила, а Юфи послушалась. Тогда она была слишком мала, чтобы упрямиться, да и привыкла быть ведомой старшей сестрой. Корнелия была сильнее и умнее. Корнелия была старше. Корнелия обожала и баловала Юфи – возможно, так же, как Лелуш обожал и баловал бы Наннали, расти они оба при дворе.

Юфи хотела бы увидеть Наннали, но она сомневалась, что имеет право расспрашивать принца о сестренке и дальше; тот явно дал понять, что не хочет говорить о ней. Но, говоря, что с Наннали все хорошо, Лелуш мог легко солгать. Возможно, Наннали до сих пор больна. Возможно, в коме. Возможно… ее уже нет.

Нежное сердце Юфемии сжалось от боли. Она слишком много сегодня нервничала. Все это… все это – слишком сильное потрясение для семнадцатилетней девушки, по сути, подростка.

Но Юфи не заплакала. Она выросла. Она научилась держать себя в руках в любой ситуации – даже узнав о смерти Кловиса, не плакала, хотя брат был близок с нею в детстве…

…Кловиса убил Лелуш.

Уже, наверное, поздно разбираться, кто виноват, тем более, Кловис тоже ангелом не был, и на его руках осталось много крови невинных. Но Кловис – далеко, и Юфи не может спросить его, поэтому она вопросительно посмотрела на Лелуша.

- Я задам тебе вопрос, на который ты можешь не отвечать, - серьезно сказала принцесса, - мне просто интересно. Зачем ты убил Кловиса?

Возможно, Лелуш не помнит, но именно Кловис был товарищем детских игр Юфи. Именно Кловис учил ее играть на пианино и был ее партнером по танцам. Из всех братьев только Кловис не отказывался играть с Юфи в куклы. И она никогда не могла бы подумать, что Кловис может быть жестоким.

…и что может быть жестоким Лелуш. И вообще мир.

И вот сейчас они снова на пороге войны. И – по разные стороны баррикад. И никто из них не уступит другому, потому что не может иначе…

Юфи просто случайно впуталась в этот мир и в эту войну, родившись принцессой.

И без Сузаку рядом ей было страшно.

+1

16

В душе сводной сестры волновался Хаос. Нечто всецело завладело её мыслями, отодвинув на задний план “здесь и сейчас”. Огни костра выхватывали из глаз тени этих дум, но прочесть их Лелуш не мог, как ни пытался. Да он и не особо пытался, если честно. Из-за гнева, охватившего его, он не сразу обратил внимание на перемены, произошедшие в Юфемии, а потом - ему уже было банально неинтересно.
   Лелуш лишь задался вопросом, поняла ли его случайная собеседница жестокий намёк в её адрес относительно Наннали.
   Проснулась ли в ней совесть, стыд, или хотя бы гордость, ущемлённая тем фактом, что за неё всегда решали старшие - с самого детства и по сию пору.
   Его собственная гордость, не позволяла открыто спросить Юфемию об этом. Лелуш даже не понял сначала суть вопроса, который задала ему сестра после продолжительного неловкого молчания, в котором он был обвинителем, а она обвиняемой. Роли вдруг резко поменяли.
   В жизни так бывает. И есть единственный способ ответить так, чтобы не испытывать потом унижения.
   Он не собирался оправдываться. Что сделано, то сделано.
   Лелуш громко, издевательски, расхохотался.
  - Ты спрашиваешь, почему? Потому, что он - сын императора Британии.
   Они уже говорили на эту тему. Тогда он впервые за десять лет встретился со сводной сестрой лицом к лицу. Тогда был официально сформирован Орден Чёрных Рыцарей.
   По всей видимости, нежное сердце Юфемии, не желавшее мириться с жестокой реальностью, пыталось найти оправдание неблаговидным поступкам брата.
   “Пора снять розовые очки”.
   Желание спрятаться под одеяло от ночных кошмаров и от фактов, которые страшнее любого кошмара, вызывало в душе Лелуша ещё больший гнев, чем вопрос о Наннали.
  “Ты боялась. Ты принимала любое решение старшей сестры, как неоспоримый указ - не потому, что так правильно, а потому, что так удобно. Совесть остаётся чиста.”.
   Прерывисто вскочив на ноги, и теперь, глядя на сестру сверху-вниз, Лелуш заговорил с ней совсем иным голосом:
   - Ты жалеешь Кловиса, который своей никчёмной жизнью не сделал ничего, что могло бы сделать счастливыми других людей? Ты скорбишь о человеке, когда стоило скорбеть о женщинах и детях Японии, убитых по его приказу, из прихоти. Ты ещё более слепа, чем Наннали, если считаешь, что он заслуживал прощения за свои грехи. Дитя императора Британии. “Лжеца и тирана. Самого худшего правителя и отца”.
   Костёр мигнул последней догорающей веточкой и погас.

+1

17

Она могла бы предположить нечто подобное; могла бы вовсе не спрашивать, если бы ее это не терзало. Она могла бы держать в себе, но она спросила, потому что ей показалось, что сейчас они с братом сблизились, что сейчас, на нейтральной территории, они могли быть собой, не прикрываясь своими титулами и масками.

- И что? – Юфи вскинулась, сжав кулачки. Так же резко, как и Лелуш, поднялась с земли. Да, Кловис не был ангелом! Да, Кловис убивал невинных людей! Но чем Лелуш от него отличается? Сейчас по его вине тоже гибнут невинные люди!

- Ты тоже – сын императора Британии, разве не так? И ты, и я, и Наннали – мы все дети Чарльза, хочешь ты того или нет! И если ты хочешь убить нас всех, ты мог бы начать с себя!

Что-то страшное сорвалось с языка принцессы, и она это почувствовала. Что-то страшное и ужасно ей не свойственное. Она впервые за много лет выразилась в грубой манере, если не считать того случая, когда в гетто Синдзюку британец оскорбил Сузаку и нарвался на звонкую пощечину. Но Лелуш – не тот британец, не незнакомец, не чужой ей человек…

Юфи сделала шаг назад, с ужасом глядя на брата, а потом опустила глаза туда, где потухало пламя костра, и тихо заговорила:

- Я жалею Кловиса, потому что он был моим братом, и он был мне ближе, чем женщины и дети Японии. Я росла с ним, а не с теми, кого он убил. Я любила его раньше, и пусть я слепа, и пусть я глупа, но я жалею Кловиса, несмотря на все его поступки. Я люблю всех вас. Одиссея. Шнайзеля. Корнелию. Наннали. Тебя. Я скорбела бы по каждому из вас. И я скорблю. Пусть Кловис запятнал свои руки кровью по локоть – для меня он останется братом, который терпеливо учил меня играть на пианино. Пусть ты стал предводителем террористов и главным врагом Британии – для меня ты остался братом, с которым мы играли в прятки и догонялки. Это… нормально. Мы - семья, мы все, даже если ты предпочитаешь это отрицать.

Юфи отвернулась от Лелуша, и по ее напряженной спине было видно, что принцесса злится. Неужели он правда не понимает?

+1

18

У Юфи, оказывается, тоже имелись клыки. Достаточного размера, чтобы покусать. Её слова, брошенные в запальчивости и продиктованные гневом, должны были обидеть Лелуша, но, почему-то, не обидели. Он знал, что сестра права, но её правота не отменяла сказанного им.
   Их род императорских отпрысков нёс миру одни страдания через эгоизм властолюбия, через ложные идеалы, навязываемые толпе, лишение жизни и свободы.
   Возможно, он ничем не лучше Кловиса. Разве что не такой трусливый глупец. Зато такая же эгоистичная сволочь.
  - Я так и поступлю, - очень спокойно сказал Лелуш, глядя на раскрасневшуюся от костра и эмоций Юфемию, терпеливо дожидаясь окончания бури. - Когда изменю мир.
   “Для Наннали”.
   Ему было всё равно. И гадко на душе. Юфи объединила их разношёрстную семейку в одно целое, признаваясь в любви ко всем братьям, и сёстрам, без различия в обилии крови на руках. Она чем-то походила на Наннали, и её похожесть резала душу.
   Как может человек, сам не замаравший руки в крови, думать, будто он лучше знает истину жизни. Гордыня, или наивное заблуждение. Хотя странно, что Юфи могла вообще такое сказать. На неё не похоже.
   - Ты, правда, хотела бы моей смерти? - спросил он, не ожидая, впрочем, положительного ответа. По всей видимости, пришло время снять с глаз Юфемии вуаль, которой она сама себе их закрыла.
   - Твой выбор определяется твоим кругозором. Ты не видела ничего, кроме Кловиса, играющего на пианино, и Кловиса, развлекающего тебя. Тебя не изгоняли на край света, полностью стирая память о твоём существовании. Пора уже повзрослеть, и судить о мире по реальности, а не по воспоминаниям. Выйти за пределы семьи. Лелуш Британский умер десять лет назад. Теперь ты разговариваешь с совсем другим человеком. У Зеро нет сестры по имени Юфемия. Есть дочь врага, с которой его свела судьба на одном острове.
   Да, так всё правильно. Выбор был сделан. Каждым из них. Много лет назад. И разговорами о прошлом прошлого не вернуть. Ни чувств, ни взглядов, ни былых отношений. Они стали чужими.
   Горло наполнилось горечью. Что-то было страшно неправильно в их мыслях и необратимость происходящего, и ощущение близости неминуемого конца вызывали в душе детское желание просто закрыть глаза и отрешиться от всего.
   Лелуш боялся будущего, которое желал подарить Наннали, поскольку в этом будущем для него нет места. Тут Юфи полностью права.

0


Вы здесь » Code Geass: Castling » Прошлое и Будущее » Остров перемирия


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC